Международная группа исследователей сравнила качество питания и экологический след рационов в 165 странах. Модель охватила 72 социально‑демографические группы и показала, что усреднение на уровне страны скрывает заметные различия между возрастами, местом жительства, полом и уровнем образования. Более высокое качество рациона по индексу AHEI в этой работе было связано с меньшими выбросами парниковых газов, использованием воды и земли.
Работа опубликована 22 июля 2026 года в журнале Nature Food. Это глобальное моделирующее исследование, а не клиническое испытание. Авторы объединили данные об индивидуальном потреблении продуктов с данными о цепочках их производства и поставок, а затем оценили экологические показатели и качество питания для разных групп населения.
Масштаб анализа — 165 стран и 72 сочетания социально‑демографических характеристик. Группы различались по возрасту, полу, уровню образования и проживанию в городе или сельской местности. Качество рациона оценивали с помощью Alternative Healthy Eating Index, или AHEI; экологическую нагрузку — по выбросам парниковых газов, водному и земельному следу.
Самый высокий медианный углеродный след авторы получили для городских мужчин 15–34 лет с высоким уровнем образования — 5,66 килограмма CO₂‑эквивалента в сутки. Растительные продукты составляли 62% их рациона. Самый низкий показатель был у сельских женщин 35–54 лет с низким уровнем образования — 2,85 килограмма CO₂‑эквивалента в сутки; доля растительных продуктов у них достигала 70%.
Связь с качеством питания была однонаправленной по всем трём экологическим показателям. Каждые дополнительные 5% по индексу AHEI статистически сопоставлялись со снижением выбросов парниковых газов на 7,7%, водного следа на 4,4% и земельного следа на 7,2%.
Страны при этом образовали разные сочетания качества питания и экологической нагрузки. Поэтому авторы считают, что единая рекомендация для всех групп может быть менее полезна, чем меры, учитывающие реальный состав рациона и условия конкретного населения.
Это расчётная модель, основанная на объединении нескольких массивов данных. Она не наблюдала, как конкретные люди меняют питание, и не измеряла у них заболевания или продолжительность жизни. Индекс AHEI здесь служит показателем качества рациона, но не заменяет клинические исходы.
Полученные значения описывают группы, а не точный след отдельного человека. Внутри любой страны и категории остаются различия в порциях, выборе продуктов и способах производства. Оценки цепочек поставок и потребления также содержат неизбежную неопределённость. Наконец, статистическая связь между более высоким AHEI и меньшей экологической нагрузкой сама по себе не доказывает, что любое повышение индекса автоматически даст указанный процент сокращения ресурсов.
Исследование не предлагает одну «идеальную» диету и не требует одинаковых изменений от всех. Его практический вывод адресован прежде всего разработчикам пищевой политики: национальных средних недостаточно, если самые заметные резервы и ограничения сосредоточены в отдельных возрастных и социальных группах.
Для обычного человека результат можно читать осторожно: рацион с более высоким качеством питания в глобальной модели чаще сочетался с меньшим экологическим следом. Но по этой работе нельзя вычислить личный углеродный след по одному продукту или обещать конкретную пользу для здоровья. Выбор должен учитывать доступность еды, пищевые потребности, культуру и весь рацион, а не только один экологический показатель.
Первоисточник: Oliver Taherzadeh и соавторы. Dietary environmental impacts and quality differ by socio-demographic characteristics, Nature Food, DOI: 10.1038/s43016-026-01389-y.
